Интервью с Kenta из CROSSFAITH

интервью - 21.01.2019 03:01

Вокалист CROSSFAITH Kenta ответил на вопросы немецкого JaME перед шоу в Кёльне.

Перед концертом в Кёльне Kenta, вокалист CROSSFAITH, рассказал JaME Германия о новом альбоме команды и будущем японского рока.

Прямо сейчас в разгаре европейский тур, который вы играете совместно с Normandie и Blood Youth. Что думаешь об этих командах?

Kenta: Мне они нравятся! Обе группы достаточно молодые, но они полны энергии. Их драйв ошеломляет! Думаю, это очень круто.

Для меня альбом EX_MACHINA звучит как более тяжёлая версия XENO. Он предполагался как продолжение предыдущей работы или нет?

Kenta: Совсем нет! Общая тема XENO — кибермир, который мы попытались создать в альбоме. Тема EX_MACHINA совсем другая, так что для нас это два совершенно отдельных релиза.

В записи ваших последних релизов принимали участие Skindred и Enter Shikari. С кем бы вы хотели поработать в следующем альбоме?

Kenta: Если честно, мы ещё даже не думали об этом!

А если бы можно было выбрать любого музыканта/группу, кто бы это был?

Kenta: До этого момента мы приглашали на запись только вокалистов, было бы интересно для разнообразия поработать с приглашённым диджеем или продюсером. Например, Skrillex или Diplo. Но кто бы это ни был, мы всегда отлично проводим время вместе.

В одном интервью ты упомянул, что песня The Perfect Nightmare написана по мотивам видеоигры “Resident Evil”. Вы в группе играете в игры?

Kenta: Чтобы не возникло недоразумений, оговорюсь, что трек не вдохновлён “Resident Evil”. Просто в тот момент, когда мы записывали его, наш барабанщик Tatsuya как раз играл в неё. Знаете, он любит такого плана игры. Мы немного вдохновились её хоррор-атмосферой, но это не значит, что вся песня посвящена игре.
Что до видеоигр в общем, я раньше много играл, но теперь у меня нет на это времени. В тур я захватил с собой Nintendo Switch и играю в “Undertale”, когда есть время. А самая моя любимая игра — “Final Fantasy VII”!

Расскажи ещё об альбоме EX_MACHINA.

Kenta: В общем, основа альбома — разделение мира между добром и злом: есть сторона ангелов, а есть сторона демонов. Ангелы стараются сохранить в этом мире спокойствие, а демоны пытаются уничтожить в людях всё человечное. Обе стороны сражаются в битве, а в самом её сердце — люди.

Значит, альбом можно поделить на ангельские и демонические песни?

Kenta: Точно! В альбоме мы перемешали тяжёлые песни с более лёгкими, чтобы показать конфликт между двумя противоборствующими сторонами. Но мы не стали вешать ярлыки: более мелодичная песня не обязательно «принадлежит» ангелам, как и более тяжёлая — демонам. Решить должен слушатель.

Для последнего альбомы вы записали кавер на Numb Linkin Park. Что связывает вас с этой группой?

Kenta: Если коротко, Linkin Park — наша ролевая модель, образец для подражания. Мы все слушали их музыку со школьных времён, конечно же, они оказали на нас огромное влияние. Возможно, их новые песни уже не так близки к металу, как раньше, но я по-прежнему считаю, что они оказали колоссальное влияние на многих музыкантов.

Как считаешь, смерть Честера Беннигтона как-то отразилась на японской метал-сцене?

Kenta: Я не могу говорить за всю индустрию, но лично на меня его слова всегда имели большое влияние. И после его самоубийства я много думал о жизни. Думаю, что на всех это отразилось по-разному, так что общий знаменатель для всех найти сложно.

Ты равняешься на каких-то музыкантов?

Kenta: Да, на многих. Если говорить именно о вокалистах, то, наверное, мои личные герои — это Кори Тейлор и Фред Дарст.

Какая песня в EX_MACHINA твоя любимая?

Kenta: The Perfect Nightmare! В основном, из-за интересной истории. В EX_MACHINA мы создали мир, в котором люди, которые не выдерживают столкновения с реальностью, умирают. Их до смерти мучают пыточные машины. Иногда это больно: стряхнуть иллюзии и встретиться лицом к лицу с реальностью. Наверное, даже это самое больное мучительное в человеческой жизни. Вот такая история у этого трека.

В новом альбоме вы смешиваете разные музыкальные жанры. Если бы пришлось назвать только один жанр, какой бы ты выбрал?

Kenta: В этот раз мы все слушали разную музыку, и если какой-то жанр нам нравился, мы хотели использовать его в альбоме — в собственном понимании, конечно. Мы особо не заботимся о жанрах, когда пишем и сводим песни. Мы всегда стараемся представить, как эти треки будут звучать на концертах. Если мы можем представить, как играем песню вживую, мы выпускаем её. Если нет — откладываем.

Наверное, нелегко, когда в альбоме использовано столько музыкальных влияний. Как проходил процесс написания песен?

Kenta: Я отвечаю за лирику. Teru и Kazuki — наши главные композиторы. В этот раз я немного помогал с музыкой, и мы спродюсировали альбом самостоятельно. Раньше с нами всегда работал американский продюсер, ещё со времён Zion. Но в этот раз мы постарались придать альбому более глубокий смысл, ведь мы сделали его самостоятельно.

Три года назад ваш гитарист Kazuki пережил кровоизлияние в мозг. Изменилась ли с тех пор ваша музыка?

Kenta: Определённо изменилась. В основном, с точки зрения создания. Как я уже сказал, Teru и Kazuki — наши главные композиторы. Конечно, пока он выздоравливал, нашей «экосистеме» очень его не хватало. С тех пор мы стараемся привлекать каждого участника к созданию песен, чтобы вся ответственность не лежала на ком-то одном.

Кроме того, в новом альбоме ты использовал меньше скрима и больше чистого вокала. Как удалось соблюсти баланс?

Kenta: Обычно я сам это решаю. Всё зависит от направления песни — я сам выбираю, использовать ли скрим или чистый вокал. Если песня получается мелодичной, я скорее всего буду петь. Во время работы над треком Teru добавляет бэк-вокал, и, как правило, получается хорошо.

К слову о Linkin Park, со временем они ведь тоже стали делать более лёгкие песни, ориентированные на широкую публику.

Kenta: Верно, но разница в том, что мы сами решили добавить больше чистого вокала. Linkin Park — очень известная группа, они ушли в мейнстрим много лет назад. Скрим не очень помогает, если хочешь добиться популярности. Но мы не делаем мейнстримовую музыку. Может, за последние годы мы действительно стали немного мелодичнее, но мы по-прежнему достаточно тяжёлые, чтобы не быть мейнстримом. Это было только наше решение — добавить песням ещё больше глубины.

Как думаешь, как изменится японская метал-индустрия из-за того, что всё больше групп выходят на международную сцену?

Kenta: Всё так, но я думаю, что это вообще никак не связано. В Германии ведь так же: есть группы, поющие на английском, но большинство всё же поёт на родном языке. Так же и в Японии. Конечно, англоговорящие группы добиваются большего успеха за рубежом. Их аудитория больше. У нас в Японии тоже есть популярные рок-группы, но если они хотят быть успешными за границей, всё сводится к английскому языку. Я не думаю, что японская метал-сцена изменится из-за того, что некоторые группы выходят на международную арену. У нас слишком много групп на внутреннем рынке, чтобы это случилось.

Скажешь что-нибудь немецким фанам на прощание? Может, даже по-немецки?

Kenta: Да! Ich liebe dich! (“Я люблю тебя!”)

Правда?! Может, ты имел в виду “Ich liebe Deutschland” (“Я люблю Германию”)?

Kenta: Точно. Извиняюсь (смеётся). Ich liebe Deutschland!


JaME благодарит Kenta и Kinda Agency за это интервью.
исполнители
комментарии
blog comments powered by Disqus
реклама
  • Chaotic Harmony
  • SYNC NETWORK JAPAN
  • euroWH